Военные летчики России:   А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
 
 
 

Тер-Мартиросов Александр Михайлович

Лётчик А. М. Тер-Мартиросов принимал активное участие в работе Кавказской авиационной школы в Тифлисе, участвовал в работе в Третьего Кавказского авиационного отряда.

Александр Михайлович Тер-Мартиросов

Александр Михайлович Тер-Мартиросов

Александр Михайлович родился в 1898 году в Елизаветполе. До четвертого класса он учился в родном городе, а потом был отправлен для продолжения учебы в Гори к дяде. К этому времени относится развитие авиации в России. Самолет привлек юного Александра. Он стал следить за деятельностью Кавказского воздухоплавательного кружка. Каждый раз, когда он приезжал в Тифлис, обязательно посещал проводимые этим кружком лекции. Когда А. В. Шиуков приезжал в Гори для чтения лекций о развитии и достижениях авиации, Александр с друзьями спешил послушать рассказы авиатора. К этому же времени относятся его первые попытки изготовить модель самолета и планера.

Началась первая мировая война. В 1914 г. Александра призвали в армию и, как грамотного, его направили в юнкерскую пехотную школу. В школе он быстро освоил тактику ведения боя и стрелковое дело. После окончания учебы его направили командовать взводом на Кавказский фронт в Эрзерум. Много раз Тер-Мартиросов со своими бойцами проводил смелую разведку и доставлял ценные данные о противнике. Неоднократно он добывал «языка»  из тыла турецкой армии, за что получал благодарности и поощрения.

Однажды на одном из важных направлений было затишье. Это показалось Александру очень подозрительным. Он решил ползком добраться на гребень перевала и просмотреть сторону противника. Когда он дополз до удобного места и посмотрел в бинокль, его взору открылась большая панорама движения войск и обозов артиллерии к линии фронта. Рискуя жизнью, почти катясь по склону горы, он быстро спустился назад и доложил командиру полка.

Это важное донесение срочно было направлено в штаб. Командир дивизии приказал немедленно открыть по противнику артиллерийский огонь и перейти в наступление. Русская армия разгромила турок на этом участке. Тер-Мартиросов был представлен к награде и получил золотые часы.

Однако увлечение авиацией не было забыто. Будучи в Эрзеруме, Александр ходил на аэродром. Там он познакомился с летчиком-разведчиком Кавказского фронта Апкаром Саркисовичем Манучарянцем. Через него он узнал, что в Тифлисе организована авиационная школа. Апкар Саркисович посоветовал ему подать рапорт и проситься на учебу в летную школу.

В своем рапорте Тер-Мартиросов указал, что он до сих пор был пехотным разведчиком и принес немалую пользу командованию. Теперь он желает быть авиационным разведчиком и просит направить в Тифлисскую Кавказскую авиашколу. Командир корпуса наложил на рапорт Тер-Мартиросова резолюцию: «За проявление доблести и мужества в боях, направить на учебу в летную школу».

В школе его застала Февральская революция. В середине 1917 г. Александр успешно окончил летную школу и был назначен инструктором Кавказской авиашколы.

В школе был избран солдатский комитет. Командование Кавказского фронта, боясь роста революционной роли солдатских комитетов, своим приказом за №41 дало им совещательные права. Но и это не давало солдатам, возможности самим решать важнейшие вопросы армейской жизни. Большевики авиашколы, в том числе и Тер-Мартиросов, добились, чтобы в комитет наряду с солдатами были избраны и прогрессивные офицеры, чтобы через них влиять на ход событий и не дать возможности реакционерам и меньшевикам проводить свою политику.

Александр Михайлович принадлежал к той плеяде офицеров старой авиации, которые сразу же после Октябрьской революции прочно связали свою судьбу с большевиками.

Обстановка в Закавказье в 1917 году была напряженная. В ноябре установилась Советская власть в Баку. Но на остальной территории Закавказья господствовала буржуазно-националистическая контрреволюция.

11 ноября 1917 г. в Тифлисе состоялось совещание представителей закавказских контрреволюционных сил, на котором оформился антисоветский блок, решивший не признавать Совет Народных Комиссаров во главе с В. И. Лениным и образовать «независимую» краевую власть в Закавказье, так называемый «Закавказский комиссариат». Закавказские большевики решительно протестовали против этого и потребовали, чтобы все Закавказские республики признали власть Совнаркома и вошли в единое Советское интернациональное государство.

10 декабря 1917 г. на II съезде Кавказской Армии, который проходил под руководством Ст. Шаумяна и М. Цхакая, были осуждены решения и политика «Закавказского комиссариата» и прежнего Краевого совета Кавказской Армии. Съезд полностью признал власть Совета Народных Комиссаров во главе с В. И. Лениным и горячо приветствовал все его мероприятия. Съезд призвал солдатские массы поддержать их и постановил начать борьбу с контрреволюцией на Кавказе.

После возвращения из Гянджи (слева первый А. Тер-Мартиросов)

После возвращения из Гянджи (слева первый А. Тер-Мартиросов).

В числе делегатов съезда от Тифлисской Кавказской авиашколы были трое, в том числе А. М. Тер-Мартиросов. Он горячо поддерживал большевиков и голосовал за решение II съезда о необходимости установления Советской власти в крае.

II съезд избрал Краевой совет, большинство которого составляли большевики и сочувствующие им. Председателем Совета был избран Г. Корганов. Новый Краевой совет Кавказской Армии заявил, что он будет всемерно поддерживать Советскую власть и ее декреты о мире, о земле, о рабочем контроле.

Вернувшись в авиашколу, Тер-Мартиросов и другие большевики-делегаты провели митинг, на котором с содержательной речью выступил Александр Михайлович. Он призвал поддержать решение съезда и выполнять указания нового Краевого совета Кавказской Армии. Участники митинга одобрили также решения II съезда и выразили готовность бороться за Советскую власть.

Контрреволюция всячески стремилась сорвать осуществление решений II съезда и призвала через командующего Кавказской Армией не выполнять никаких директив Советской власти и указаний Краевого совета Кавказской Армии. Она силой захватила помещение и средства Совета и повела гнусную травлю его аппарата. В результате контрреволюционной деятельности Кавказская Армия была дезорганизована. Поэтому встал вопрос о демобилизации русских солдат. Было решено отобрать у них оружие и отпустить на родину. В сговоре против русских солдат принимал активное участие лидер меньшевиков Н. Жордания. Он телеграфировал всем о немедленном разоружении эшелона с войсками, проезжающего через Баку в Россию. Одновременно «Закавказский комиcсариат» 4 января сформировал и послал на станцию Шамхор специальный отряд для проведения насильственного разоружения, в состав которого входили бронепоезд и конная дивизия мусаватистов. Этот отряд между станциями Даляр и Шамхор разобрал железнодорожное полотно. Когда 5 эшелонов подошли к мосту, то дальше не смогли двигаться. Мусаватисты внезапно напали на солдат, начали убивать их и отбирать оружие. В этом бою погибло до тысячи русских солдат. Многие раненые, не получив помощи, умерли. Банды мусаватистов и меньшевиков разграбили и сожгли эшелоны1.

Весть об этой кровавой бойне дошла до Тифлиса. Тер-Мартиросов и его друзья были возмущены. Они решили для уточнения действительных событий с разрешения Кавказского Совета Армии послать самолет на разведку. Самолет не вернулся. По утверждениям очевидцев, когда самолет подлетел к станции Шамхор, где продолжались бои, с земли мусаватистские банды открыли по нему ружейно-пулеметный огонь и подбили его. Летчик совершил вынужденную посадку недалеко от места боев. Всадники из банды быстро прибыли на место посадки самолета, схватили летчика и летнаба и после короткого допроса расстреляли.

Шамхорские события очень обеспокоили большевиков Закавказья. Краевой комитет партии 7 января пригласил Чрезвычайного комиссара Кавказа С. Шаумяна прибыть из Баку в Тифлис для принятия мер против бесчинств контрреволюции во главе с Н. Жордания. В тот же день в 5 часов утра по распоряжению «Закавказского комиссариата» на станцию Караязы секретно меньшевиками был послан бронепоезд из Тифлиса во главе с Гобечия Андгуладзе и с частью грузинского Национального полка для разоружения эшелонов, идущих с фронта. Им было предписано в случае отказа сдать оружие, расстреливать всех без исключения2.

8 января Тифлисский комитет большевиков послал второй самолет на разведку в район Акстафа—Шамхор. Когда самолет приблизился к району Шамхора, там продолжались ожесточенные бои. Бандиты открыли огонь и подожгли его. Горящий самолет упал недалеко от станции. Летчики, видимо, были в воздухе убиты. Тифлисский комитет и большевики авиашколы так и не дождались своих разведчиков.

8 января утром Ст. Шаумян поездом прибыл в Гянджу. Путь на Тифлис был закрыт. Мусаватисты окружили пассажирский состав. Шаумян послал в Тифлис и Баку указания для принятия срочных мер против распоясавшихся контрреволюционных банд.

Кавказский Краевой и Тифлисский комитеты большевиков решили направить еще один самолет для разведки событий в район Шамхора и послать письмо Ст. Шаумяну. На этот раз выбор пал на Александра Тер-Мартиросова, как на опытного летчика-инструктора. 12 января 1918 года с аэродрома близ Тбилиси взлетел двухместный самолет «Ньюпор», управляемый Тер-Мартиросовым с летчиком-наблюдателем А. Литвиновым. Курс был взят по железной дороге Тифлис—Баку. Оба летчика внимательно просматривали все, что происходило на полотне железной дороги и в близлежащих к ней деревнях. Когда самолет стал приближаться к Акстафе, его стали обстреливать со всех сторон. Тогда Тер-Мартиросов, набрав безопасную высоту, стал осматривать и записывать все, что происходило внизу. То же самое делал Литвинов. В блокноте появилась следующая запись: «По железной дороге до Акстафы стоят 7 эшелонов с войсками. Ближе к Астафе и у Шамхора идут бои. В ближайших к железной дороге селах— пожары. На станциях и полустанциях много сгоревших и разбитых вагонов. Кругом валяются обломки их. Часть путей разобрана. Некоторые вагоны продолжают гореть. Видно много трупов и следы грабежа…».

Сделав несколько заходов над Акстафой, Даляром, Шамхором, чтобы лучше осмотреть и более подробно доложить Шаумяну и Тифлисскому комитету о событиях, Александр Михайлович взял курс на Гянджу. При подходе к аэродрому в азербайджанской части города самолет был обстрелян мусаватистами. Летчикам не давали возможности совершить посадку. Тогда Тер-Мартиросов решил совершить ее в армянской части города. Ведь он был уроженцем Гянджи и хорошо знал расположение города. Облюбовав место, он под ружейно-пулеметным огнем повел самолет на посадку к берегу реки. Обстрел усилился. Самолет получил 7 пулевых пробоин. Как только остановился винт, к самолету с разных сторон подбежали на помощь люди. Среди них были Асканаз и Вагинак Мравяны. Они очень удивились, узнав в летчике своего друга и соседа Тер-Мартиросова. Тут же были раздобыты веревки и под огнем мусаватистов самолет перетащили в укрытие. Летчиков Мравяны повели к себе домой, где находился С. Г. Шаумян.

Тер-Мартиросов передал письмо Шаумяну и рассказал подробно, что происходит на путях и в деревнях от Акстафы до Гянджи. Степан Григорьевич расспрашивал летчиков о делах в Тифлисе. Все, что знали, летчики рассказывали, а Шаумян внимательно слушал и делал заметки.

Прилет в Гянджу летчиков подробно описал в своих воспоминаниях Вагинак Мравян.

«Я помню после продолжительной беседы с Шаумяном и передачи ему письма, на мой вопросительный взгляд Сашик ответил: «Вот это человек!».

Сестра Тер-Мартирссова Анна Михайловна рассказывает о днях, которые Александр провел дома в Гяндже.

«Долго мы не спали. Сашик рассказал нам о предательской роли Н. Жордания, меньшевиков, эсеров, мусаватистов и дашнаков по отношению к русским войскам, уходящим с фронта домой. Он говорил о тяжелом положении народа в Тифлисе, где хлеб выдавался сырой, черный, зачастую кукурузный по карточкам, о росте недовольства. Сашик рассказал, что Шаумян хотел с ним лететь в Тифлис, но Мравян и другие коммунисты из гянджинского комитета партии не разрешили. Тогда Шаумян дал необходимые поручения Сашику для доклада в Тифлисском комитете. Шаумян дал задание, если будет возможно, после Тифлиса слетать в Баку и передать Корганову его указания о принятии мер по Шамхорским событиям».

В течение ночи и дня в дом Тер-Мартиросовых несколько раз приходили представители дашнаков и мусаватистов и требовали, чтобы он явился к ним. Но, помня советы Шаумяна, Александр не пошел туда. Иван Михайлович Тер-Мартиросов (брат Александра) рассказывал: «Александр заявил: Я сегодня сделал то, чего не сделал за всю свою жизнь».

13 января утром, когда было еще темно, при помощи А. Мравяна и его друзей Тер-Мартиросов подготовил самолет и вылетел в Тифлис. На обратном пути он еще раз под обстрелом противника осмотрел весь путь от Гянджи до Тифлиса. 17 января газета «Тифлисский листок» напечатала информацию о полете Тер-Мартиросова в Гянджу: «В Елизаветполе находится Шаумян и члены бакинской делегации, которые взяли на себя инициативу успокоения и ликвидации столкновения по линии железной дороги».3 В листке рассказывались подробности о том, что видел летчик на станции Шамхор, о положении в Гяндже и о выступлении Тер-Мартиросова в сейме с обличительной речью по поводу Шамхорских кровавых событий. На сейме Тер-Мартиросов заявил, что у комиссара Малхазова был прямой приказ от межнационального совета о разоружении эшелонов. Аналогичный приказ был у полковника Магалова и Краевого центра.

Та же газета писала: «К летчику приходили делегации с жалобами на тяжелое положение, на отсутствие власти, хлеба, керосина, на отрезанность города от вокзала…»4 и т.д.

После смелого, правдивого и обличающего выступления Тер-Мартиросова на заседании «Закавказского комиссариата» меньшевики дали указание: «Закрыть Тифлисскую Кавказскую авиационную школу как гнездо большевиков». Ночью вооруженная так называемая «народная гвардия» напала на школу и разоружила всех. Курсанты и постоянный состав были распущены. За некоторыми была установлена слежка.

О помощи Александра Михайловича большевикам стало известно руководству дашнаков. Гянджинская организация по указанию центра стала терроризировать Тер-Мартиросова. Офицер царской армии Ж. Иванов, ярый противник Советской власти, получил задание убить его.

В октябре 1918 г. меньшевистское правительство Грузии предложило Александру покинуть пределы Грузии. Тер-Мартиросов прибыл в Эривань и поступил летчиком в 3-й Кавказский авиационный отряд. Через некоторое время Ж. Иванов также прибыл в Эривань для исполнения решения дашнакского центра. Долго он выслеживал Тер-Мартиросова. И 31 января 1919 г. из-за угла, четырьмя выстрелами он тяжело ранил Александра Михайловича и скрылся.

7 февраля на 21-м году жизни перестало биться сердце отважного летчика Александра Михайловича Тер-Мартиросова.

Источники:

  • X. С. Петросянц «В рядах советских авиаторов». — Ереван: «Айастан», 1969 — 310 с., ил.
Примечания:
  1. О Шамхорских событиях см. «Известия Бакинского совета» и газету «Бакинский рабочий» от 7—12 января 1918 года. []
  2. Газета «Известия Бакинского совета» от 8 января 1918 г. []
  3. Газета «Тифлисский листок», № 12 от 17 января 1918 г. []
  4. Газета «Тифлисский листок», № 12 от 17 января 1918 г. []

Ключевые слова:
Если у Вас имеется дополнительная информация или фото к этому материалу, пожалуйста, сообщите нам с помощью с помощью обратной связи.

Оставьте свой отзыв

(не публикуется)

CAPTCHA image