Военные летчики России:   А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
 
 
 

Авиационная катастрофа в 3-й ВШЛ и ЛН 29 марта 1938 г.

Расследование гибели лейтенанта Фёдора Степановича Зверева, лётчика-интсруктора 3-й ВШЛ и ЛН, 26 мая 1936 года заменившего колесо самолёта в воздухе.

Похороны лётчиков[1]

***

СССР

Народный Комиссариат Обороны Союза ССР

Управление делами при Народном Комиссаре

25 апреля 1938 г. № 6667сс

Вх.№ 1395сс

ВОЕННОМУ СОВЕТУ ВВС РККА

Посылаю материал расследования катастрофы самолета в 3-й ВШЛ и ЛН.

Прошу этот вопрос с Вашими мероприятиями доложить Народному Комиссару лично.

ПРИЛОЖЕНИЕ: Доклад ВС ПРИВО от 11 апреля 38 г. № ВВС/687 на 12 листах.

НАЧАЛЬНИК УПРАВЛЕНИЯ ДЕЛАМИ

КОМБРИГ Снегов

***

СССР – НКО

ВОЕННЫЙ СОВЕТ

ПРОИВОЛЖСКОГО

ВОЕННОГО ОКРУГА

11 апреля 1938 г.

№ ВВС/687

Приложение к № вх 00963

НАРОДНОМУ КОМИССАРУ ОБОРОНЫ СОЮЗА ССР

МАРШАЛУ СОВЕТСКОГО СОЮЗА

ТОВ.ВОРОШИЛОВУ К.Е.

В результате личного расследования и расследования специальной комиссией, представляю материалы по катастрофе инструктора 3-й Военной школы летчиков и летчиков-наблюдателей лейтенанта ЗВЕРЕВА Ф.С., происшедшей 29.03 в городе Оренбурге.

I. ОПИСАНИЕ ПРОИСШЕСТВИЯ.

О катастрофе самолета в 3-й ВШЛ и ЛН

Лейтенант ЗВЕРЕВ, Федор Степанович, с 11.02. инструктор-летчик 4-й а.э., а до этого шефпилот командования школы, 29.03 без ведома командиров эскадрильи, отряда, звена получил от врид. начальника школы начальника штаба школы майора ВАЙДЕРПАС задание – перегнать самолет Р-5 начальника школы со второго аэродрома на первый; задание дано устно в общей форме без полетного листа.

ЗВЕРЕВ не доложил своим командирам о полученном задании, а последние не обратили внимание на отсутствие ЗВЕРЕВА в этот день на полетах. Перед вылетом ЗВЕРЕВА никто не проверил и вылетом никто не руководил.

Готовясь к полету, ЗВЕРЕВ высказывал технику т.КОРНИЛОВУ свое намерение – испытать какую скорость разовьет самолет при пикировании с работающим мотором с высоты 3000 метров до высоты 1000 метров, и сделать петлю без мотора, предупредив его одеть парашют как следует.

По предположению техника т.КОРНИЛОВА, ЗВЕРЕВ высказывал свое намерение совершить эксперимент ряду окружающих его товарищей — летно-техническому составу 3-й а.э., так подойдя к самолету, ЗВЕРЕВ сказал КОРНИЛОВУ: «… я с ними поспорил», что косвенно подтверждается и техником т.КРЯКВИНЫМ, слышавшим, как ЗВЕРЕВ сказал о самолете: «Вот мы его сейчас испытаем на прочность!»

О намерении ЗВЕРЕВА техник КОРНИЛОВ старшему начальнику и военкому не доложил и от полета не отказался, ограничившись попыткой, по словам самого КОРНИЛОВА
ЗВЕРЕВА от производства эксперимента, ввиду позднего времени.

Время вылета ЗВЕРЕВА со второго аэродрома точно не установлено, примерно 17:30 /никем оно не зафиксировано и старта самолету никто не давал/.

После вылета ЗВЕРЕВ набрал над вторым аэродромом высоту 1500 мт., сделал одну нормальную петлю и, разогнав самолет с пикированием с высоты 1500 мт, до высоты 800 и до скорости 320 км/ч, стал производить петлю без мотора, завис и поддержал ее мотором.

После пилотажа ЗВЕРЕВ по маршруту на первый аэродром набрал высоту 2400 мт. и, сделав над первым аэродромом два виража, стал пикировать с углом около 70°. Мотор по одним данным /КОРНИЛОВ/ имел полный газ, а по другим данным /свидетели с земли/ был с убранным газом. Пропикировав до 1000 мт., самолет развил скорость 440 км/ч. , хвостовое оперение деформировалось, а затем отлетела правая половина руля высоты. Момент отрыва руля высоты совпадает с резким рывком самолета, который ощутил техник КОРНИЛОВ, решивший к этому времени выбрасываться и выбиравшийся из кабины самолета. Рывок был замечен с земли, как попытка выхода из пике. Этот рыже рывок выбросил техника КОРНИЛОВА, застрявшего левой ногой в ременном дне сиденья, причем ногу ему при этом вывихнуло. Распустив парашют, техник КОРНИЛОВ благополучно приземлился у границы первого аэродрома на здоровую правую ногу.

Мотор на самолете резко увеличил обороты, самолет продолжал пикировать с сильным ревом, оставляя по пути различные части /элерон, стойки, верхние бензобаки/. На высоте около 300 мт. произошел взрыв, самолет загорелся и упал в пригороде на улице Фрунзе № 211, ударившись о дом, разрушил его и зажег.

Летчик ЗВЕРЕВ погиб, не воспользовавшись до критического момента парашютом, и был извлечен из обгоревших обломков самолета с размозженной головой, но пульс еще бился.

Человеческих жертв среди гражданского населения не было; пожар дома ликвидирован пожарной командой. Части самолета /элерон, стойки центроплана, верхние бензобаки и половина главного бака/ были найдены в различных местах пригорода, а динамо ДОС-1 пробило крышу и потолок дома в 500 метрах от места падения самолета, тоже без человеческих жертв.

Техник КОРНИЛОВ отправлен в госпиталь.

II. ПРИЧИНЫ И ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ПРОИСШЕСТВИЯ.

I/ Личная летная недисциплинированность лейтенанта ЗВЕРЕВА, отличавшая его почти все время пребывания в школе и особенно резко в 1935 году. Недостаточная теоретическая грамотность ЗВЕРЕВА, приведшая его к преступному, безрассудному эксперименту. Преступное нарушение им Вашего приказа о запрещении пилотажа на самолете Р-5 /петля, штопор и др./.

2/ На выполнение эксперимента ЗВЕРЕВА спровоцировал урок по теории полета, проведенный преподавателем капитаном МАССЕН 13.03. с истребительной группой на сборах инструкторов и командиров звеньев. Преподаватель МАССЕН разобрал на уроке петлю без мотора, между тем как этот вопрос не входил даже в программу. Когда выяснилось, что такой петли на Р-5 никто не делал и преподаватель высказал сожаление по этому поводу, ЗВЕРЕВ громогласно заявил: «А я это в деле проверю!». На это заявление ЗВЕРЕВА преподаватель МАССЕН и присутствующие никак не реагировали. Вместо того, чтобы теорию петли без мотора, если уже зашла о ней речь, дополнить освещением вопросов о допустимых скоростях и запасе прочности Р-5, преподаватель фактически направил внимание аудитории на практическое выполнение этой фигуры, добиваясь подтверждения формулы практическими данными и совершенно игнорируя Ваш приказ о запрещении пилотажа на Р-5. По показаниям инструктора ХОЛОДОВА, преподаватель МАССЕН заранее благодарил ЗВЕРЕВА за то, что он взялся сделать петлю без мотора, как имеющий на это, по его словам, возможность.

3/ Систематическое нарушение и игнорирование начальником штаба школы майором ВЕДЕРПАСОМ требования УВС-37 в отношении ЗВЕРЕВА, о порядке отдачи приказаний /ст.19/. Панибратское его отношение к ЗВЕРЕВУ и отсутствие должного реагирования на нарушения последним летной дисциплины. Дача задания ЗВЕРЕВУ общо, без полетного листа и без учета последних указаний о запрещении пилотажа на самолете Р-5. Командование школы в лице комбрига СИНЯКОВА и бригадного комиссара Котова тоже на такую практику никак не реагировала.

4/ Воинская невоспитанность и недисциплинированность техника 2 ранга КОРНИЛОВА, который, узнав о преступном намерении ЗВЕРЕВА произвести эксперимент, могущий привести к катастрофе, вопреки уставу, не доложил немедленно об этом вышестоящему начальнику и военкому.

5/ Отсутствие поверки ЗВЕРЕВА в знании им задания перед вылетом его со второго аэродрома старшим начальником – командиром эскадрильи капитаном КУЛИНСКИМ.

6/ Отсутствие контроля за ЗВЕРЕВЫМ со стороны прямых начальников 4 а.э. /к/з СЕМЕНОВ, к/с СЕРГЕЕВ, зам к/о КОМАРОВ/.

7/ Беспечность и равнодушие участников сборов, которые никак не реагировали на заявление ЗВЕРЕВА и на провокации МОССЕН 13.03. Подстрекательство ЗВЕРЕВА к производству эксперимента со стороны инструктора 1 а.э. лейтенанта СЕСЮНИНА, который, вместо того, чтобы удержать ЗВЕРЕВА и заявить командованию о его намерении, через полтора дня после занятий спрашивает ЗВЕРВА: «Ну как, проверил?».

Все эти факты вместе взятые говорят об общей порочной системе воспитания в школе, в чем виновны, прежде всего, начальник школы комбриг СИНЯКОВ и военком школы бригадный комиссар КОТОВ.

8/ Со стороны парторганизации штаба школы, где ЗВЕРЕВ состоял шесть месяцев /секретарь т.СТЕПАНОВ/, не было никакого внимания к ЗВЕРЕВУ, она не привлекала его к партийной работе и не реагировала на случаи нарушения им летной дисциплины, прикрываемые панибратством и семейственностью со стороны начальника штаба школы майора ВАЙДЕРПАС. Марксистско-ленинской учебой ЗВЕРЕВ не занимался, партсобрания посещал редко. В свою очередь парторганизация 4-й а.э., куда 11.02 был переведен ЗВЕРЕВ, также не привлекала его к участию в партработе и оставила его в положении изоляции от общественно-политической жизни и здоровой командирской среды. Между тем ЗВЕРЕВ требовал к себе особого внимания, как недостаточно устойчивый человек /летное лихачество, склонность к самовольному экспериментаторству, излишняя самоуверенность, скрытность, упрямство и неустойчивость в быту/. Опыт работы ЗВЕРЕВА в 1-й а.э. в 1936 году, когда со стороны парторганизации и командования к нему было больше внимания, он был вовлечен в партработу, показывает, что ЗВЕРЕВ мог работать хорошо, без нарушений летной дисциплины и даже был за отвагу награжден Вами золотыми часами.

9/ Установлено, что вообще преподавание теории полета на всех курсах никак не увязано, как между преподавателями теории полета, ведущими этот предмет на первом курсе и командирами звеньев, ведущими предмет на втором и третьем курсах, так и между ними и преподавателями смежных предметов, в первую очередь – самолетов. Руководства и контроля за преподаванием теории полета нет, как со стороны начальника цикла майора МУЛЬКОВА, так и со стороны командования и штаба – командира бригады майора СТЕПИЧЕВА, начальника штаба школы майора ВЕЙДЕРПАС, учебно-летного отдела школы и политаппарата. В результате, вопреки программ ОВУЗ”а ВВС РККА, теория полета приходится сугубо теоретически, отвлеченно, в отрыве от технике полета и без увязки с практическими вопросами, конспекты у преподавателей не проверяются, на занятиях почти никто не бывает, методических совещаний управления нет, преподаватели предоставлены сами себе и базируют свое преподавание на устарелых и неполных данных. Такое положение и привело к тому, сто 13.03 преподавателем МАССЕН было проведено занятие, спровоцировавшее ЗВЕРЕВА на эксперимент. В частности на сборовых занятиях по теории полета с истребительной группой, где был ЗВЕРЕВ, был только один раз командир эскадрильи майор ЛАЗАРЕВ, назначенный руководителем этой группы; командир бригады майор СТЕПИЧЕВ – начальник сбора – на занятиях не был ни разу. Конспект у преподавателя МАССЕН никем не утвержден. Этому способствовало упразднение командованием школы с января месяца с/г. штаба бригады подготовки летчиков. Штаб школы, в который влит штаб бригады, контроля за учебным процессом и работой преподавателей не осуществлял.

10/ Начальник школы, комиссар и политотдел отвлекались от вопросах боевой подготовки и как следует не занимались вопросами укрепления воинской дисциплины.

III. ВИНОВНИКИ ПРОИСШЕСТВИЯ /КОНКРЕТНО КТО И В ЧЕМ/.

1/ Погибший лейтенант ЗВЕРЕВ Ф.С. – преступно нарушил летную дисциплину, самовольно проведя недопустимый, безграмотный эксперимент на самолете Р-5.

2/ Начальник школы комбриг СИНЯКОВ и военком школы бригадный комиссар КОТОВ допустил систематическое нарушение штаба УВС-37, его панибратское отношение к ЗВЕРЕВУ, бесконтрольное проведение занятий по теории полета и как следует не занимались укреплением дисциплины и воспитанием личного состава.

3/ Начальник штаба школы ВЕЙДЕРПАС А.М.:

а/ игнорировал в практике взаимоотношений с ЗВЕРЕВЫМ ст. 19 УВС-37;

б/ панибратски относился к ЗВЕРЕВУ и не реагировал на нарушения им летной дисциплины;

в/ не поставил четкой конкретной задачи ЗВЕРЕВУ на перелет;

г/ не осуществлял контроля за работой преподавателей ни сам, ни через работников штаба.

4/ Преподаватель капитан МАССЕН Ю.А. – спровоцировал ЗВЕРЕВА на эксперимент.

5/ Авиатехник воентехник 2 ранга КОРНИЛОВ А.П. – грубо нарушил требования УВС, не доложив немедленно старшему начальнику и военкому о преступном намерении ЗВЕРЕВА производить в полете эксперимент.

6/ Командир бригады майор СТЕПИЧЕВ – не контролировал сам, не организовал и не обеспечил контроля за преподаванием теории полета на сборах и за учетом посещаемости занятий на сборах.

7/ Командир 1-й а.э. майор ЛАЗАРЕВ Т.И., будучи руководителем группы истребителей на сборах, не обеспечил контроля за преподаванием и сам не проверял занятий.

8/ Командир 3-й а.э. капитан КУЛИНСКИЙ В.В. – не установил порядка на своем аэродроме в соответствии со статьей 281 § 9 в 11 УВС-37, не проверив ЗВЕРЕВА перед вылетом, а разрешение на вылет дал через техника КОРНИЛОВА.

9/ Командир отряда 4-й а.э. старший лейтенант СЕРГЕЕВ А.П., его заместитель на время сборов старший лейтенант КОМАРОВ М.М. и командир звена старший лейтенант СЕМЕНОВ С.И. – несерьезно отнеслись к изучению ЗВЕРЕВА, потворствовали системе нарушения УВС-37 со стороны начальника штаба школы, не интересовались работой ЗВЕРЕВА вне эскадрильи и на сборах.

10/ Инструктор-летчик 1-й а.э. лейтенант СЕСЮНИН П.П. подстрекал ЗВЕРЕВА к совершению эксперимента.

11/ Партбюро штаба школы – секретарь партбюро СТЕПАНОВ, не вовлекло ЗВЕРЕВА в партработу и не реагировало на нарушение им летной дисциплины, покрываемые панибратским отношением начальника штаба школы; парторганизация не знала чем живет летчик ЗВЕРЕВ.

12/ Парторганизация 4 а.э. – парторг ВАРЛАШИН, также не привлекла к партработе ЗВЕРЕВА, не изучила его, а ВАРЛАШИН и не реагировал на заявление ЗВЕРЕВА о намерении сделать петлю без напора.

Меры дисциплинарного воздействия по отношению к многочисленным виновникам катастрофы мной не приняты, ввиду расследования катастрофы и представителем Военного Совета ВВС РККА, которому школы ВВС непосредственно подчинены, согласно Вашего приказа № 09-37 г.

Со своей стороны считаю, что ЗАСЛУЖИВАЕТ ПРИМЕРНОГО ДИСЦИПЛИНАРНОГО ВЗЫСКАНИЯ и снятия с должности, с переводом на менее ответственную работу, начальник штаба школы майор ВЕЙДЕРПАС А.М., вся практика работы которого не способствовала установлению должного уставного порядка, организованности к железной воинской дисциплине в школе. Заслуживает дисциплинарного взыскания и начальник школы комбриг СИНЯКОВ и военком школы бригадный комиссар КОТОВ.

Окончательно виновность преподавателя капитана МОССЕН выясняют органы НКВД; так же можно допустить С ЕГО СТОРОНЫ ЗЛОСТНОЕ НАМЕРЕНИЕ спровоцировать своим занятием кого-нибудь из летного состава на эксперимент, могущий привести к катастрофе.

В отношении всех остальных виновников достаточно власти начальника школы.

IV. МЕРОПРИЯТИЯ.

Для предотвращения летных происшествий мною подтверждены мероприятия, намеченные начальником школы:

1/ Провести по частям разбор материалов катастрофы и происшествий, имевших место в частях, обратив особое внимание на недопустимое равнодушие к нарушением уставов, наставлений и приказов.

2/ В целях предотвращения аварий и поломок, командирам частей вновь проверить все до мелочей в организации полетного обучения, в состоянии и эксплоатации матчасти и технического обслуживания и привести весь процесс полетного обучения к строжайшему соответствию с КУЛП”ом, наставлением по ТЭС и боевых установок ВС ч. 1-я.

3/ В апреле месяце отвести специальное время для занятий со всем летным составом по изучению и твердому освоению устава внутренней службы – 37 ч., боевого устава авиации ч. 1-я, наставления по производству полетов ч. 1-я, наставления по ТЭС, КУЛП”ы 1938 г., постановления ЦК и важнейших приказов НКО по борьбе с аварийностью.
Занятия по этим материалам и проверку знаний их руководящим командно-политическим составом приведены нач. школы и комиссаром школы 5, 7 и 8 апреля по 4 часа ежедневно.

Комэскам провести эти занятия с летным составом в первой половине апреля, а командирам бригад лично проверить их: в 1-й АБ с 13 по 17 апреля и во 2-й АБ с 11 по 13 апреля, результаты занести в зачетные книжки.

4/ Командармам, комиссарам и парторганизациям частей школы максимально использовать оставшееся до полетов время для усиления всей партийно-политической работы среди летного, технического и курсантского состава, принимая решительные меры по изжитию нарушений дисциплины, беспечности, элементов расхлябанности и мелко-буржуазной распущенностью.

Политотделу школы дать об этом подробные указания военкомам частей.

5/ Орган

изовать тщательный контроль за преподаванием специальных дисциплин, решительно пресекая попытки протаскивания в преподавании вредных установок, как это имело место у преподавателя МАССЕН.

Потребовать от командира 1-й АБ руководства и ответственности за преподавание среди летного и курсантского состава теории авиации.

6/ Начальнику штаба школы к 15 апреля 1938 года составить инструкцию о порядке летной работы на школьных аэродромах, строго придерживаясь «Наставления по производству полетов».

7/ Выделить 5 дней во всех эскадрильях для проверки, опробования и ремонта матчасти, с привлечением к этому делу летного и курсантского состава под руководством инженеров частей.
Проверку состояния матчасти проведет начальник школы в 1, 2 и 4 а.э. в период 19-29 апреля и командиру 1 АБ проверить 3-ю эскадрилью 26-29 апреля.

8/ Командиру 1 АБ проверить ход наземной подготовки курсантов на аэродромах с 10 по 23 апреля.

9/ Лично с военкомом школы начальник школы проверят хозяйственно-техническую обеспеченность, состояние горюче-смазочной базы и разворачиванию летной полетной работы частями в период с 15 по 25 апреля.

10/ Обсудить на активах партийных и непартийных большевиков по-бригадно мероприятия для резкого поднятия воинской дисциплины и повышения требовательности к выполнению приказов и уставов.

Кроме этих мероприятий, считаю необходимым:

1/ СРОЧНО ЗАМЕНИТЬ начальника штаба школы майора ВАЙДЕРПАС.

2/ ОСВЕЖИТЬ КОМАНДИРОВ эскадрилий бригады летчиков /майора ЛАЗАРЕВА, майора ПОГРЕШАЕВА и капитана КУЛИНСКОГО/.

3/ и ОСНОВНОЕ – РАЗДЕЛИТЬ ШКОЛУ НА ДВЕ САМОСТОЯТЕЛЬНЫЕ ШКОЛЫ: одна по подготовке летчиков /в настоящее время имеет 4 эскадрильи и намечается еще одна/ и вторая – по подготовке летчиков-наблюдателей /3 эскадрильи/.

По докладу начальника школы проектом нов. штата школы намечается упразднение бригад летчиков и летнабов с их штатами, с подчинением командиров эскадрилий непосредственно начальнику школы.

Руководить и управлять 7-8 эскадрильями, в таком сложном деле, как подготовка летчиков и пилотов, одному командиру – нач. школы невозможно.

КОМАНДУЮЩИЙ ВОЙСКАМИ ПРИВО

КОМКОР /БРЯНСКИХ/

ЧЛЕН ВОЕНСОВЕТА ОКРУГА

ДИВ.КОМИССАР /БАЛЫЧЕНКО/

***

СЕКРЕТНО

НАРОДНОМУ КОМИССАРУ ОБОРОНЫ СОЮЗА ССР

МАРШАЛУ СОВЕТСКОГО СОЮЗА

т.ВОРОШИЛОВУ К.Е.

По катастрофе в 3 Военной школе летчиков и летчиков наблюдателей произведено на месте специальное расследование, факты указанные в докладе Военного Совета ПРИВО подтвердились.

Об этой катастрофе мной издан приказ по ВВС. Начальнику школы Комбригу т.СИНЯКОВУ об”явлен выговор. Начальнику Штаба Майору т.ВЕДЕРПАС об”явлен выговор и предупреждение о служебном несоответствии. Командиру эскадрильи Капитану т.КУЛИНСКОМУ об”явлен выговор.

НАЧАЛЬНИК ВОЕННЫХ ВОЗДУШНЫХ СИЛ РККА

КОМАНДАРМ 2 РАНГА /ЛОКТИОНОВ/

ЧЛЕН ВОЕННОГО СОВЕТА ВВС РККА

ДИВИЗИОННЫЙ КОМИССАР /ОВЧИННИКОВ/

отп. 2 экз.

экз. 1 – Наркому Обороны СССР

“ 2 – в дело № ___

Е.М. 13.У-38г.

***

Источник: РГВА, фонд 4 «Управление делами при Народном комиссаре обороны СССР», опись 14 «Управление делами при Народном комиссаре обороны СССР», дело 2107 «Переписка с Управлением ВВС РККА, командующим авиационной армией и начальниками военных авиационных школ о случаях аварий и катастроф самолетов и расследовании их причин», 04.01 — 29.07.1938 г.г., 319 листов.

ПРИМЕЧАНИЯ
  1. экипажа лейтенанта Григорьева Николая Андреевича, выпускника 3-й ВШЛ и ЛН, Монино, 30 сентября 1937 г. Фотография из семейного архива автора. []

Ключевые слова:
Если у Вас имеется дополнительная информация или фото к этому материалу, пожалуйста, сообщите нам с помощью с помощью обратной связи.

Оставьте свой отзыв

(не публикуется)

CAPTCHA image